14:32 

и
дирекция тяги
да ладно, я читер — я подозревала, что на меня нападёт этот экзистенциальный ужас, и заранее запаслась билетами в Питер.

этот город обрушивает на меня всё хорошее, что в нём есть — в первый же вечер меня встречает фейерверк над Биржей, но, хотя камера у меня прямо в руках, я стою на набережной с раскрытым ртом и не успеваю сфокусировать объектив-сказку (хотя на спуск всё равно нажимаю, вот).

Я. зовёт меня отмечать Патрика, я опаздываю на двадцать минут, потом что с небес сыплется снег хлопьями размером с зефир, и я просто не могу уйти с улицы.
этот город всякий раз проверяет мои границы вмещения радости и если они его не устраивают (всегда), начинается сказка; я примерно всерьёз уверена, что этот город — расширенная и дополненная реальность, забирайте сразу две. всякий раз я думаю, что всё, ну дальше уже некуда просто, но нет, ему всегда находится, чем меня удивить: в этот раз пять человек (пять, мамадорогая) сказали, что а не пора ли мне заводить свой фотомагазин, а то им что-то очень хочется вот эту фотографию на стену. а ещё вот эту, да и вот эту тоже можно. и ведро открыток. а то, может, и не только им хочется?

где-то после третьего человека я прилегла и решила, что это всё не со мной, и за съемки (я и с обычным объективом же кнопку нажимаю, и просто так, и если позовут) платят тоже не мне, потом встала и уехала к П. и К., ну, думаю, тут-то меня накормят, напоят, ничего не скажут, но нет, куда там, я ничего не рассказывала, но стоило дать посмотреть, как я услышала, что ой, кажется, пора перестать стесняться. это я ещё не знала, что через пару дней Н. скажет, что ей кажется, что мои фотографии с ленсбейби хороши.

свет очей моих П. дымит как паровоз своей электронной сигаретой, выдыхает дым в бокал из-под белого вина, дым плещется там и почти застывает — П. говорит, с обычными так не получалось никогда, и я вспоминаю, как сильно он изменился с момента нашего знакомства. он внезапно выключает свет, потому что света от города за окном достаточно — и К. в дополнение зажигает свечу в фонаре; небо опять этого невероятного глубочайшего синего, ультрамарин, за который можно продать душу, золотые огни, мы всех молчим, даже их маленькая дочь Т., потому что и так хорошо, зачем слова; спустя сколько-то времени я веду К. делать массаж, а П. в это время делает вкуснейший кофе — я не помню, чтобы пила такой (и даже сама варила) в последние много месяцев, я так сильно влетаю в сейчас, что вообще перестаю бояться чего бы то ни было, и расстояние между происходящим, прошлым и будущим закончилось вовсе.

@темы: dreams_never_deceive, visual, для_внутреннего_пользования

URL
   

As above, so below

главная